?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Содержание: Часть I | Часть II | Часть III | Часть IV | Часть V | Часть VI | Часть VII | Часть VIII | Часть IX | Часть X

Скороподъёмность полностью за­п­ра­в­ле­н­ного и вооружённого F4F-4 «Уайлдкэт» на уровне моря составляла 1850 фт/мин [564 м/мин], и для того, чтобы на­б­рать высоту в 10 «ангелов» [10 000 фт., 3048 м], на которой в данном случае шли яп­о­нские бом­бар­дировщики, ему требовалось 5,6 мин., а кроме того, с вражескими са­молётами надо было ещё сблизиться. С момента получения целеуказания про­ш­ло уже 8 ми­нут, когда старший лей­тенант Артур Брассфилд поднял голову и ис­пы­тал ощу­ще­ние déjà vu. Он был участником сражения в Коралловом море, на его сче­ту уже им­е­лись один «Вэл» и один «Зеро», и вот опять он видел над собой строй из двух «V из V» самолётов с эллипсовидными в плане плоскостями. С одним важным от­ли­чи­ем: на этот раз над ними не было японских истребителей.  

В 12.00 старший лейтенант Брассфилд сообщил на авианосец: «Бандиты надо мной, курсом на корабль. Похоже их 18». Пра­к­тически одновременно с ним командир эскадрильи японских пикировщиков капитан-лейтенант Митио Кобаяси в свою оче­редь передал на «Хирю»: «Атакуем вражеский авианосец. 09.00». А спустя считанные секунды начался крайне странный воз­ду­ш­ный бой, о подробностях которого мы, во многом благодаря дисциплинированности Брассфилда, можем, что до­с­та­то­ч­но редко бывает, судить не только по воспоминаниям участников, но и по синхронному источнику, журналу радиопереговоров дис­петчера истребителей ПВО. Командир 4-го дивизиона 3-й истребительной всё ещё набирал высоту для атаки, когда два са­мых не­терпеливых его подчинённых, старшие лейтенанты Уильям Вуллен и Уильям Барнс решили не терять времени и ата­ко­ва­ли ве­ду­щий тютай (дивизион) противника прямо с набора высоты, будучи почти в 300 метрах по курсу и настолько же ни­же вражеских бом­бар­ди­ров­щи­ков. Шансы попасть с такого угла были невелики, на попадания никто и не претендовал, однако 12 трасс, при­ле­тев­ших с нижней полусферы, заставили японских пилотов шарахнуться в стороны и сломать строй.


Строй японских пикировщиков «Аити» D3A1. В кадре видны 11 машин, расположенных, казалось бы, достаточно хаотически. Но на самом деле, конечно же, на виде сверху (или снизу) мы увидели бы чётких строй из «V-образных» звеньев и дивизионов.

Следующим в дело вступил приблудный старший лейтенант Скотт МакКаски из 2-го дивизиона. Он не стал атаковать на на­бо­ре высоты, но тоже не смог дотерпеть и начал действовать сразу по достижении эшелона, на котором летели «Вэлы». Вк­ли­нившись между двумя девятками, он вышел во фланг расстроенного строя первого тютая японских пикировщиков и с ми­ни­мальной дистанции расстрелял и поджёг крайний бомбардировщик, заодно ещё более дезориентировав остальные. Затем, от­вер­нув вправо, направился ко второй девятке, летевшей немного дальше и выше. Однако, он неудачно рассчитал манёвр, при­шлось гораздо энергичней работать элеронами, в результате эллипс рассеивания залпа его «Уайлдкэта» оказался пер­пен­ди­кулярен атакуемым самолётам. Дав короткую очередь по крайней машине второго тютая пилот отвернул, чтобы выйти на цель с более выгодной позиции и увидел перед собой две машины из рассеянной первой девятки.

МакКаски сосредоточился на новой цели, занял позицию для атаки и уже собирался открыть огонь, когда вдруг об­на­ру­жил, что его самолёт летит пря­ми­ком в центр строя второго дивизиона пикировщиков. Отворачивать и да­же целиться было уже поздно, по­э­то­му пилот просто зажал га­ше­т­ку, поливая вражеский строй, что называется, «от пуза». Вы­со­ко­про­фес­си­о­на­ль­ные японские пилоты совершенно не горели же­ла­нием быть протараненными каким-то криворуким не­нор­мальным гай­д­зи­ном, тем более, что их основная цель была уже видна прямо по курсу, и теперь самолёты уже и второго тю­тая рва­нули во все стороны, стараясь увернуться как от беспорядочно палящего аме­ри­канца, так и друг от друга. В 12.02 всё ещё набиравший вы­со­ту старший лейтенант Брассфилд проинформировал свой авианосец: «Это Алый 19. Строй, похоже, развален.»


Фрагмент журнала радиопереговоров диспетчера ПВО АВ «Йорктаун». Корабль жил по часовому поясу Пёрл-Харбра (GMT -10), поэтому временные метки на 2 часа опережают время Мидуэя (GMT -12), к которому принято привязывать события данного сражения.

Проскочивший рассеянный им строй японских пикировщиков старший лейтенант МакКаски убрал, наконец, палец с га­ше­т­ки. Хотя мог этого и не делать – пулемёты его «Уайлдкэта» и так уже молчали, полностью расстреляв непривычно ма­лень­кий боекомплект. Од­на­ко времени на раздумья ему не оставили – по правому крылу истребителя ненавязчиво постучало. Пи­лот обернулся, го­то­вый увидеть за спиной хищный силуэт «Зеро», но вместо этого с изумлением обнаружил там два самолёта с небольшим из­ло­мом плоскостей и обтекателями на неубирающихся шасси – в хвост ему заходили два «Вэла». «На­с­ту­па­тель­ное» во­о­ру­же­ние «Аи­ти» D3A1 состояло всего из пары синхронных пулемётов винтовочного калибра, однако в данной си­ту­а­ции МакКаски не мог противопоставить им вообще ничего, оставалось лишь драпать, свалив машину в пикирование. Вы­ров­няв самолёт у сá­мой во­ды, он убедился, что за ним не последовали, а ещё увидел за спиной два огромных «гейзера» на по­верх­нос­ти океана. Пи­ло­ты этих «Вэлов» пришли к выводу, что «спасение утопающих – дело рук самих утопающих» и избавились от бомб, дабы попытаться на облегченных бомбардировщиках хоть как-то заменить отставшее истребительное при­кры­тие.

Тем временем, примерно в те же 12.02, к месту действия подтянулся ещё один «Уайлдкэт» 4-го дивизиона 3-й ис­т­ре­би­тель­ной, и его пилот, лейтенант Гарри Гиббс, стал свидетелем разгона второго японского тютая старшим лейтенантом МакКаски. Не мудрствуя лукаво, он сел на хвост одного из потерявших строй «Вэлов» и безо всяких помех расстрелял его бензобак. Ох­ва­чен­ная пламенем машина понеслась вниз, а молодой пилот не смог удержаться от того, чтобы не проследовать за ней до сá­мо­го падения в воду. Не самое умное решение в боевой остановке, и единственное, что его оправдывало – это был первый в его жизни сбитый вражеский самолёт. Между тем, начавшие всю эту катавасию атакой снизу старшие лейтенанты Вуллен и Барнс успели набрать высоту и тоже атаковали потерявшие строй бомбардировщики, записав себе на счёта по одному сбитому «Вэ­лу», плюс пару повреждённых. Плохой новостью было то, что на это они потратили почти весь боекомплект.


7,7-мм пулемёт обр. 97, использовался в качестве синхронного практически на всех типах японских палубных самолётов Тихоокеанской войны. Являлся лицензионной копией британского «Виккерс» класс Е, то есть прямым потомком старого доброго «Максима».

Одновременно с этим, в те же 12.02, командир 4-го дивизиона старший лейтенант Артур Брассфилд наконец набрал вы­со­ту для нормальной атаки сверху. Он уже собрался действовать согласно бессмертной стратегеме быка на холме из известного ане­к­дота, когда обнаружил, что «стадо коровок» вовсе не пребывает в ожидании когда его «неторопливо поимеют» – оди­ноч­ный «Аити» D3A1 направлялся в его сторону с явным намерением атаковать. Слегка опешивший от подобной наглости аме­ри­кан­ский пилот автоматически довернул машину и нажал на спуск, хотя вражеский бомбардировщик был ещё сильно за пре­де­лами дальности прицельного огня. Однако инстинктивное действие оказалось правильным – увидевший летевшие в его на­п­равлении трассы очередей японец мгновенно осознал, что был не прав, и что его пара 7,7-мм пулемётов явно не в со­с­то­я­нии тягаться с шестью крупнокалиберными «Браунингами», поэтому его пыл тут же иссяк, и он счёл за лучшее из­ба­вить­ся от бом­бы и уйти в пикирование, пока американский истребитель ещё не успел с ним близиться. Поскольку этот «Вэл» уже не пред­став­лял угрозы защищаемым кораблям, Брассфилд не стал тратить время на его преследование и раз­вер­нул­ся в сто­рону бо­лее приоритетных целей.

Таковыми он счёл тройку пикировщиков, возглавляемую машиной с горизонтальной командирской «лычкой» на хвосте – кто-то из командиров сётаев (звеньев) смог собрать своих подчинённых в строй и теперь вёл их прямо на «Йорктаун». в 12.04 Брас­сфилд сообщил об этом диспетчеру, а затем попробовал привлечь к этой группе кого-то из своих подчинённых, на­хо­див­ше­гося в пределах видимости, но тот был явно занят своей целью, так что командиру 4-го дивизиона ничего не оставалось, кро­ме как атаковать эти три «Вэла» в одиночку. Он начал заход слева сверху на командирскую машину, однако её пилот сво­е­вре­менно заметил атакующий «Уайлдкэт», но вместо того, чтобы попытаться как-то уйти, выполнил крутой вираж влево и с на­бо­ром высоты устремился навстречу истребителю, оба ведомых последовали за ним. Все три пикировщика приподняли носы и теперь Брассфилд чётко видел, что все они несут бомбы. Сблизившись до 300 ярдов [274 м] – даже ближе дистанции сведения стволов – старший лейтенант открыл огонь по двигателю «Вэла». Разлетавшиеся в стороны обломки капота подтвердили пра­виль­ность прицела, а затем двигатель вспыхнул. Набиравшая высоту машина потеряла тягу, на мгновение «зависла» в воздухе, а затем свалилась в беспорядочное падение, оставляя за собой шлейф дыма.


Фотодиорама, изображающая бой «Уайлдкэтов» с «Вэлами» на подступах к «Йорктауну». Одна из серии, посвящённых сражению при Ми­ду­эе диорам, созданных в 1942 г. знаменитым дизайнером Норманом Бел Геддесом для журнала «Лайф». Об исторической точности го­во­рить не при­хо­ди­т­ся, но оцените технику исполнения – 3D ещё не придумали, так что композиция состоит из миниатюрных мо­де­лей. Причём никакого фотомонтажа – всё снято одним кадром, единственное, заретушированы ниточки, на которых это всё висело.

Предельным разворотом элеронов американский пилот поставил свой истребитель «на крыло» и вышел во фланг второму пикировщику на дистанции уже кинжального огня, в момент нажатия на гашетку самолёты разделяло не более 150 ярдов [137 м]. Поскольку это было уже намного ближе дистанции сведения стволов, то ни о каком точечном прицеливании речи не шло, и Брассфил вёл огонь просто по передней трети фюзеляжа, в район двигателя и кокпита. Результат превзошёл все ожидания – в результате попадания по авиабомбе калибра 250-кг та сдетонировала, и 3,5-тонный бомбардировщик попросту исчез в ог­нен­ной вспышке. Взрыв 60 кг тринола (или 90 кг тротил-гексиловой смеси – в зависимости от типа бомбы), усиленный ос­тав­шимся в баках бензином, не прошёл даром и для атакующего истребителя, находившегося всего в нескольких десятках метров. Са­мо­лёт тряхнуло так, что Брассфилд с трудом восстановил над ним контроль, после чего занялся последним из этой тройки.

Как и первый встреченный им в тот день «Вэл», тот тоже «всё понял» и решил попытаться добраться до цели более бла­го­ра­зум­ным, чем перестрелка с продемонстрировавшим свою убийственную эффективность американским истребителем спо­со­бом. Японский пилот свалил свою машину в пикирование, пытаясь спрятаться в облаке сотней метров ниже, но поскольку он так и не сбросил бомбу, Брассфилд на этот раз не мог позволить этому самолёту уйти. Пользуясь преимуществом в ско­ро­с­ти пикирования он нагнал вражескую машину, «сел на хвост» и прицельно расстрелял её кокпит – «Аити» D3A1 так и не вы­шел из пике. Командир 4-го дивизиона, в отличие от своего молодого подчинённого, не стал провожать его до поверхности оке­а­на, а наоборот немедленно начал набор высоты. Но стоило ему подняться до 7000 футов [2134 м], как его попытался ата­ко­вать ещё один пикировщик. Однако и ему хватило короткой очереди с дальней дистанции, чтобы понять, что тут ему ловить нечего, и искать спасения поближе к воде. Уходя в пикирование он продемонстрировал отсутствие бомбы под фю­зе­ля­жем, так что Брас­сфилд опять решил не тратить время и патроны на не представлявшую опасности кораблям машину.

Тем временем вся эта свалка приблизилась к 17-му оперативному со­е­ди­не­нию и ока­за­лась в зоне поражения корабельной ПВО дальнего радиуса. В 12.06 заговорили 127-мм/38 орудия находившегося ближе всех тяжёлого крейсера «Астория», и вскоре огонь вели все 44 пятидюймовые «универсалки», имевшиеся как на двух крейсерах и пяти эс­мин­цах эскорта, так и на са­мóм авианосце. Все последующие события в воздухе происходили среди разрывов зенитного бар­ра­жа, а на поле боя, тем вре­ме­нем, появились новые действующие лица.


Зенитный барраж над 17-м оперативным соединением. Строго говоря, это несколько более поздний момент, атака «Йорктауна» низ­ко­летящими торпедоносцами, поэтому снаряды взрываются на небольшой высоте. Однако снимок не­пло­хо де­мон­ст­рирует, как выглядит зенитный заградительный огонь из десятков 127-мм орудий. Кроме того, хорошо виден характер облачности в этом районе в тот день.

Набиравшие высоту для очередной атаки старшие лейтенанты Вуллен и Барнс выскочили из облака прямо навстречу чет­вёр­ке «Зеро» – остаткам эскортной группы капитан-лейтенанта Сигемацу. Стычка ограничилась короткой перестрелкой на вст­реч­ных курсах – у американских истребителей закончился боекомплект и они поспешили спикировать к воде, а японцы не ста­ли их преследовать, так как всё ещё пытались нагнать пикировщики, которые должны были защищать. Однако их хлад­но­кро­вия хватило ненадолго. Не успевшие ещё принять участие в бою пилоты 4-го дивизиона старший лейтенант Дюран Мэтсон и лей­те­нант Хорэс Басс всё ещё набирали высоту, когда командир звена Мэтсон вдруг увидел куски обшивки, отлетавшие от его правого крыла и услышал сопровождающие этот процесс звуковые эффекты. Один из японских пилотов-истребителей не вы­дер­жал, и последовал привычке сбивать всё, что летает, особенно, когда речь идёт об одиноком самолёте, пилот которого да­же не по­до­зре­ва­ет о твоём присутствии. К его несчастью, данный самолёт вовсе не был «одиноким» – не замеченный из-за облака японцем лейтенант Басс, для которого этот бой был первым в жизни, увидев заходящий на его командира вражеский истребитель дей­с­т­вовал, что называется, по учебнику и не оставил увлёкшемуся атакой японцу никаких шансов.

Эскортная группа сократилась до трёх «Зеро», но даже не это было самым страшным – капитан-лейтенант Сигемацу уже видел, что из-за своего приступа молодецкой удали полчаса назад он теперь гарантированно не сможет выполнить по­с­тав­лен­ную перед ним задачу. Одно дело – оборонять плотный строй, что возможно достаточно эффективно осуществить даже ма­лы­ми силами (что недавно наглядно продемонстрировала всего пара «Уайлдкэтов» 3-й истребительной, осуществлявших не­по­с­ред­с­твенное прикрытие торпедоносцев с «Йорктауна»), и совсем дру­гое – пытаться защитить уже рассредоточенные по ог­ром­но­му пространству одиночные пи­ки­ров­щи­ки, каждый из которых про­ры­вал­ся к цели по своему маршруту и на свой страх и риск. Оставалось лишь попытаться отвлечь на себя хотя бы какие-то истребители противника.

Несмотря на простреленную плоскость, «Уайлдкэт» старшего лейтенанта Мэтсона сохранял боеспособность, поэтому тот про­дол­жил поиск целей, и цель не заставила себя ждать – судя по всему, пилот очередного «Вэла» не знал о том, что их эскорт наконец соизволил появиться на поле боя, поэтому он продолжал изображать истребитель. Далее всё шло по уже сло­жив­шей­ся за эти пять минут традиции – идущий в лобовую атаку пикировщик получил первые пули в капот и резко пошёл на сни­же­ние. Имевший печальный опыт Мэтсон не стал испытывать надёжность своих «Браунингов» отрицательной перегрузкой, и вме­сто того, чтобы «клюнуть носом» вслед за снижающимся японцем, сделал широкую «бочку» и зашёл к нему с траверза.


«Аити» D3A1 капитана 3-го ранга Такасигэ Эгуса, командира авиагруппы АВ «Сорю» и ведущего специалиста Императорского флота по технологии и тактике бомбометания с пикирования. К моменту описываемых событий самолёт уже горел в ангаре своего авианосца.

Сближаясь с японским бомбардировщиком американский пилот не мог избавиться от ощущения, что что-то идёт не­пра­виль­но. И только на дистанции прицельного огня он понял, что именно: стрелок-радист «Вэла» даже не пытался вести по нему огонь. Причина была проста – второй член экипажа сидел лицом вперёд, а турельный 7,7-мм пулемёт обр. 92 был вообще по-походному спрятан в нишу фюзеляжа. Длинная очередь, прошившая самолёт от капота до хвоста, скорей всего сразу убила обо­их лётчиков, и «Вэл» свалился в беспорядочное снижение, но поскольку это не сопровождалось никакими пиро­тех­ни­чес­ки­ми эффектами, то следовавший за командиром звена лейтенант Басс на всякий случай добавил ещё и от себя. Оба аме­ри­кан­с­ких пилота не обратили внимания на маркировку на хвосте вражеского самолёта, но с очень высокой вероятностью там дол­ж­на была быть командирская «лычка» – командир 2-го тютая (дивизиона) бомбардировочной эскадрильи «Хирю» капитан-лей­те­нант Ми­ти­дзи Ямасита в этом вылете предпочёл занять место стрелка-радиста, чтобы иметь возможность сосредоточиться на ко­ман­до­вании своим подразделением.

Таким образом, несмотря на общую бестолковость и неорганизованность действий, за первые пять минут боя шесть пи­ло­тов 4-го ди­ви­зиона 3-й истребительной «Йорктауна» и примкнувший к ним стар­ший лейтенант МакКаски успели разбить строй вра­же­с­ких самолётов, сбить 8 «Вэлов» – почти половину японской эскадрильи – и один «Зеро», а кроме того, заставить ещё как минимум три пикировщика избавиться от бомб. Од­на­ко при этом почти все пилоты дивизиона уже успели пол­но­с­тью расстрелять боекомлект, а у самых хлад­но­кров­ных (или запоздавших) его ос­та­ва­лось на считанные секунды ведения огня. Меж­ду тем, в воздухе имелось ещё 7 «Вэлов» с бомбами, плюс 3 наконец-то вмешавшихся в процесс японских истребителя, так что справиться с ними 4-й дивизион уже не мог.

Ситуацию могли спасти «Уайлдкэты» 2-го дивизиона, которые диспетчер ПВО 17-го Оперативного соединения уже давно отправил в район пе­ре­х­вата. Но один из этой шестёрки, упомянутый выше старший лейтенант МакКаски, тоже уже успел рас­ст­релять бое­ком­п­лект, а двое взлетевших последними пилотов уже не увидели никого из своих под облаками, после чего на­с­то­лько чётко приняли целеуказание диспетчера, что, во-первых, полетели силь­но не в ту сторону, а во-вторых, почему-то ре­ши­ли, что речь идёт об атаке торпедоносцев и поэтому даже не пытались набрать высоту. В результате, это под­крепление све­лось все­го к трём машинам.




У пилотов 2-го дивизиона было больше времени на набор высоты, а его командир, старший лейтенант Ричард Кроммелин, на опыте Кораллового моря чётко запомнил, что в случае столкновения с «Зеро» лишней высоты не бывает. Поэтому он на всякий пожарный забрался аж на 5500 м, при этом почти не удаляясь от соединения. Однко на этот раз данное решение ока­за­лось ошибочным. Первая обнаруженная им в разрывах облаков цель – группа из 5 японских пикировщиков, в очередной раз сколоченная из разбитого строя кем-то из командиров звеньев – шла всё на том же эшелоне около 3000 м, так что Кроммелину и его ведомому лейтенанту Джону Бэйну предстояло долгое пикирование, в конце которого они набрали такую скорость, что ни о каком прицельном огне речи не было. Дав несколько очередей «в ту сторону» пара «Уайлдкэтов» проскочила японский строй и быстро набрала высоту для новой атаки. На этот раз они добились нескольких попаданий, но «Вэлы» продолжали по­лёт, и американские пилоты впоследствии не претендовали на сбитие кого-то из этой группы.

Во время этого второго захода лейтенант Бэйн слишком сосредоточился на стрельбе и в результате оторвался от ко­ман­ди­ра в самый неподходящий момент – начав набор высоты для третьего захода тот выскочил на сократившуюся до трёх машин эс­корт­ную группу «Зеро». Для старшего лейтенанта Кроммелина это означало повторение кошмара Кораллового моря – дог­файт с качественно и количественно превосходящими японскими истребителями, причём на изрядно потерявшем в ма­нёв­рен­ных характеристиках F4F-4. Но, к удивлению, на этот раз его не только не сбили, а он сам претендовал на повреждение одного и уничтожение другого «Зеро». Так или иначе, расстреляв боекомплект невредимый Кроммелин вышел из боя, спикировав к са­мой воде, ему очень помогло то, что в этот момент внимание японцев отвлёк другой пилот его дивизиона, лейтенант Ричард Райт, тоже влетевший в эту свалку. В результате, подкрепление из трёх машин 2-го дивизиона не смогло сбить ни одного «Вэ­ла» – все 7 сохранивших бомбы пикировщиков продолжали лететь к «Йорктауну».


Маршрут приближения и отхода японских пикировщиков с точки зрения эсминца «Хьюз» (Время указано по Гринвичу).

Но у командира авиагруппы «Йорктауна» капитана 3-го ранга Оскара Педерсона, исполнявшего обязанности диспетчера истребителей ПВО 17-го оперативного соединения, имелся последний козырь в виде опции «звонок другу». Строго говоря, за помощью к своему коллеге, диспетчеру ПВО 16-го ОС капитану 3-го ранга Леонарду Доу он обратился ещё в 11.57, сразу после того, как послал все свои истребители на перехват приближающейся групповой цели. 16-е оперативное соединение в тот мо­мент находилось в 30 милях [55,6 км] к юго-востоку от 17-го и имело в воздухе целых 19 истребителей. 3 из них были из де­жур­ного боевого охранения, почти выработавшими топливо, а остальные срочно подняли в воздух, чтобы полностью освободить палубы для посадки возвращавшихся ударных машин. Капитан 3-го ранга Доу решил отправить все 8 «свежих» истребителей с «Хорнета» на помощь соседу, в то время как восьмёрка с «Энтерпрайза» должна была занять блокирующую позицию на се­ве­ро-западном направлении на случай, если японские самолёты вдруг повернут к 16-му ОС.

Но, как обычно, «гладко было на бумаге». Из 8 «Уайлдкэтов» с «Хорнета» лишь половина услышала этот приказ и по­ле­те­ла на северо-восток. В район боя они прибыли как-раз во время начавшейся свалки с «Зеро», и одно из звеньев под ко­ман­до­ва­ни­ем капитан-лейтенанта Уоррена Форда, пользуясь преимуществом в высоте, сразу же спикировало на тройку японских ис­т­ре­би­телей. Судя по заявкам пилотов, все три «Зеро в ходе этой атаки были сбиты, что явно было некоторым преувеличением, потому как один из этих «сбитых» вскоре вышел в лобовую атаку набирающему высоту Форду. Обменявшись очередями, са­мо­лё­ты разминулись и начали крутить «ножницы». Японец за счёт гораздо мень­ше­го радиуса виража легко «сел на хвост» своему противнику, и первый в жизни воздушный бой капитан-лейтенанта Форда мог стать по­с­лед­ним, если бы не искавший своего командира лейтенант Бэйн из 2-го дивизиона 3-й истребительной, который в свою очередь незамеченным сел на хвост ув­лёк­ше­му­ся атакой японскому пилоту и прицельно расстрелял его бензобаки.

Между тем пятёрка японских пикировщиков, которую не удалось проредить старшему лейтенанту Кроммелину с его ве­до­мым, уже находилась внутри ордера 17-го ОС и именно их выбрало целью второе звено истребителей с «Хорнета» под ко­ман­до­ва­нием лейтенанта Джорджа Форманека. Результатом их атаки стали два падающих горящих самолёта, замеченные с на­хо­див­шегося рядом эсминца DD-410 «Хьюз». Однако одним из них был «Уайлдкэт» лейтенанта Стивена Грувза, ведомого Фор­ма­не­ка. Он стал единственным американским самолётом, потерянным в этом бою, причём командир звена утверждал, что это был «дружественный огонь» – на выходе из атаки истребитель влетел в разрыв 127-мм зенитного снаряда. Но так или иначе, количество японских пикировщиков с бомбами сократилось до семи.



А на тяжёлом крейсере «Портланд» видели другие части атакующей группы, заходившие с западного и южного направлений.
(Схема повёрнута на 70° против часовой стрелки).

Роль пресловутой «кавалерии», что прибывает в последний момент и всех спасает, могла сыграть ещё одна четвёрка «Уай­л­д­кэтов», на этот раз из 6-й истребительной «Энтерпрайза». Командир этого дивизиона, капитан-лейтенант Роджер Мели был поставлен на блокирующую позицию на полдороги между 16-м и 17-м оперативными соединениями. Однако вместо того, что­бы нарезать круги в указанном районе, он с каждым новым кругом смещался в сторону «Йорктауна», периодически за­п­ра­ши­вая диспетчера, пока, наконец, не получил разрешение присоединиться к веселью. Четыре свежих американских истребителя появились над районм боя в самый последний момент и атаковали всё ту же «бессмертную» группу «Вэлов», которую от­де­ля­ли от «Йорктауна» уже считанные мили.

Мели вывел свою группу на идеальную позицию для атаки сверху-спереди, взял в прицел головной пикировщик, вышел на дистанцию эффективного поражения, нажал на гашетку и... Пулемёты молчали. Командир дивизиона крикнул по радио «Про­дол­жать атаку!», а сам ушёл в крутой вираж, чтобы освобободить линию огня, а заодно попытаться перегрузкой «ожи­вить» пулемёты. Однако подчинённые не услышали его команды, а кроме того, прямо за их группой начали рваться сна­ря­ды очередного залпа корабельных зениток. Пилоты решили, что командир выполняет манёвр уклонения от зенитного огня и вме­с­то атаки дисциплинированно последовали за ним. Времени для второго захода у них уже не было.


К 12.10 последний шанс уничтожить все японские пикировщики был упущен. Семь «Вэлов» уже выходили на точки вхо­да в пикирование. А правильней было бы сказать – целых семь!



Использованные документы и литература:
1. Fighter Director, Task Force 17, Communication Log, 4 June 1942.
2. Commanding Officer, U.S.S. Astoria (CA-34), Action Report -- Sea area North of Midway Island, 4 June 1942. 11 June 1942.
3. Commanding Officer, U.S.S. Hughes (DD-410), Report of Battle with Japanese Aircraft on June 4, 1942. 11 June 1942.
4. Commanding Officer, U.S.S. Hornet (CV-8), Report of Action -- 4-6 June 1942, 13 June 1942.
5. Commanding Officer, U.S.S. Yorktown (CV-5), Report of Action for 4 June, 1942 and 6 June, 1942, 18 June 1942.
6. Commander-in-Chief, First Air Fleet, Detailed Battle Report №6, 15 June, 1942.
7. John B. Lundstrom, “The First Team: Pacific Naval Air Combat from Pearl Harbor to Midway”, 1984.

Posts from This Journal by “«Плетёнка Тача»” Tag