Midway chronic's notes (midnike) wrote,
Midway chronic's notes
midnike

Categories:

«Плетёнка Тача», Часть IV

Содержание: Часть I | Часть II | Часть III | Часть IV | Часть V | Часть VI | Часть VII | Часть VIII | Часть IX | Часть X

В ночь с 7 на 8 марта 1942 г. 4-й японский флот приступил, наконец, к ре­а­ли­за­ции отложенной из-за рейда АВ «Лексингтон» последней из за­пла­ни­ро­ван­ных опе­ра­ций первого этапа войны. Операция носила кодовое название «SR» и имела целью за­х­ват плацдармов на северо-восточном побережье принадлежавшей Австралии во­с­точ­ной части о. Новая Гвинея. К утру подразделения «специальных де­са­н­т­ных сил флота» (японской морской пехоты) захватили город Лаэ с на­хо­дя­щи­м­ся там аэродромом, а также близлежащий посёлок Саламауа с име­в­шей­ся там гаванью, после чего началась высадка пехотных и инженерно-стро­и­тель­ных под­ра­з­де­ле­ний, которые должны были вернуть в строй взлётно-посадочную полосу, подорванную отступившим в джунгли австралийским гарнизоном.  

За два дня до этого к находящемуся в районе о. Новая Каледония 11-му оперативному соединению контр-адмирала Бра­у­на присоединилось пришедшее из Пёрл-Харбора 17-е оперативное соединение контр-адмирала Флетчера. Объединённые си­лы двух соединений, состоявшие теперь из двух эскадренных авианосцев, «Лексингтона» и «Йорктауна», 8 тяжёлых кре­й­се­ров и 14 эсминцев, планировалось использовать для второй попытки рейда на порт Рабаул, который должен был состояться 10 марта. Однако уже вечером 7 марта австралийский патрульный самолёт обнаружил японское соединение, состоящее из тран­с­пор­тов, прикрытых крейсером и несколькими эсминцами, направляющееся из Рабаула в направлении Новой Гвинеи. Спустя несколько часов австралийский гарнизон г. Лаэ доложил о начале японской высадки, а воздушная разведка обнаружила, что гавань Рабаула практически опустела. Таким образом, запланированный рейд потерял всякий смысл.

Поэтому уже вечером 8 марта было принято решение нанести удар не по Рабаулу, а по японским силам в рай­оне высадки на Новой Гвинее. Поскольку северная часть Соломонова моря контролировалось японскими кораблями и ави­а­ци­ей, ата­ко­в­ать решили из залива Папуа Кораллового моря. Таким образом, удар наносился с неожиданного для противника направления, не со стороны моря, а со стороны суши. На рассвете 10 марта корабли двух американских оперативных соединений прибыли в за­пла­ни­ро­ван­ную точку взлёта в 45 милях [83 км] от юго-восточного побережья Новой Гвинеи, практически «напротив» своей цели, на­хо­ди­в­шей­ся на противоположном побережье. В 07.04 авианосцы отвернули на ветер и начали подъём в воздух удар­ных групп, составивших в сумме 61 пикировщик SBD-2/3 «Донтлесс», 12 торпедоносцев TBD-1 «Девастейтор», во­о­ру­жён­ных бомбами, и ещё 13 – авиаторпедами Mark 13. Их эскорт состоял из 10 «Уайлдкэтов» с «Йорктауна» и 8 из состава 3-й ис­т­ре­би­те­ль­ной эс­кад­ри­льи с «Лексингтона». Поскольку предполагалось наличие над целью вражеских истребителей, капитан 3-го ра­н­га Джон Тач собирался впервые испытать в боевых условиях придуманный им и отработанный его эскадрильей так­ти­че­с­кий приём, бу­ду­щую «плетёнку Тача», име­н­но поэтому эскорт с «Лексингтона» и состоял из двух пар двухсамолётных звеньев.




По пути к цели не обошлось без приключений, вызванных лежащим в этой части огромного острова хребтом Оуэн-Стэ­н­ли. Средняя высота покрытой джунглями горной цепи составляла 2700 м (высшая точка 4072 м), однако близко к маршруту имелся «проход», где горы понижались до 2300 м. Всё это не представляло никаких проблем для пикировщиков и ис­тре­би­те­лей, летевших к цели на высоте 4900 м, однако вооружённым торпедами «Девастейторам» уже не хватало скороподъёмности, чтобы следовать быстро поднимающемуся рельефу, и в какой-то момент стало ясно, что они не смогут перемахнуть даже 2300 м. Командира 2-й торпедоносной эскадрильи «Лексингтона» капитана 3-го ранга Джеймса Бретта выручил его опыт по­лё­тов на планере – заметив не прикрытое облачностью плато, он направил свою эскадрилью туда, понадеявшись на восходящие воз­д­у­ш­ные потоки от прогретых солнцем джунглей внизу. Опыт его не подвёл, и перегруженные торпедоносцы смогли на­б­рать необходимую высоту и преодолеть горы.

Первыми в район целей прибыли 8 «Уайлдкэтов» Тача, чьей задачей было связать боем истребители противника. Однако, оглядев небо и аэродром, пилоты с удивлением обнаружили полное отсутствие какой бы то ни было вражеской авиации. От­с­ту­пи­в­шие из Лаэ австралийцы весьма качественно вывели из строя взлётно-посадочную полосу, в результате к 10 марта япон­цы едва успели привести её в порядок, но ещё не успели перебросить туда истребительную эскадрилью, а обеспечить по­с­то­ян­ное прикрытие с воздуха из расположенного в 345 милях [640 км] Рабаула было проблематично. Ввиду отсутствия воз­ду­ш­ных це­лей, американские истребители занялись наземными. Джон Тач разделил группу, отправив одну четвёрку к Лаэ, а сам с дру­гой направился к Саламауа. Целями истребителей стали позиции японских зениток, что могли создать проблемы ударным са­мо­лё­там. Посредством лёгких 30-фн [13,6 кг] авиабомб и штурмовки из 12,7-мм пулемётов зенитный огонь с берега был по­дав­лен, после чего истребители Тача, поддержанные прибывшими 10 «Уайлдкэтами» с «Йорктауна» занялись по­да­в­ле­ни­ем ПВО на­хо­ди­в­шихся в заливе Хуон кораблей и судов.




Внезапно выяснилось, что японская авиация в районе высадки всё же имелась – гидроавиатранспорт «Киёкава-Мару» ус­пел запустить стоявший на катапульте лёгкий разведывательный гидроплан «Накадзима» E8N-1 «Дэйв», который сразу же рва­ну­л­ся в бой. Пилот маленького, но гордого биплана с тканевой обшивкой и вооружением из пары 7,7-мм пулемётов успел об­стре­лять отбившийся от строя «Девастейтор» и увернуться от погнавшейся за ним пары «Донтлессов», после чего не при­ду­мал ни­че­го лучше, чем атаковать четвёрку «Уайлдкэтов», кошмаривших в тот момент лёгкий крейсер «Юбари». Командир 3-го ди­ви­зи­о­на 3-й истребительной капитан-лейтенант Ноэл Гейлер выполнял очередной штурмовой заход, когда перед ним воз­ник японский самолёт. Несколько секунд пилот пытался понять, не мерещится ли ему это чудо с поплавками, затем слегка при­под­нял нос и расстрелял маячивший перед ним биплан, после чего продолжил штурмовку крейсера.

Палубные самолёты уже начали строиться для возвращения на авианосцы, когда на сцене появилась помощь от армии и со­ю­з­ни­ков в виде 8 тяжёлых бомбардировщиков армии США «Боинг» B-17 «Летающая крепость», прилетевших с авиабазы в Та­у­н­с­ви­л­ле в северо-восточной Австралии (1400 км), а затем 8 средних бомбардировщиков Австралийских Королевских ВВС «Локхид» А-28/29 «Гудзон» из столицы австралийской Новой Гвинеи Порт-Морсби (300 км). В тех же тепличных условиях, что и палубные ударники, они вывалили свой боекомплект, после чего рейд можно было считать законченным. Потери ата­ку­ю­щих составили один сбитый «Донтлесс», плюс ещё 2 получивших повреждения пикировщика не стали рисковать, садясь на ави­а­нос­цы, а предпочли уйти на аэродром в Порт-Морсби. С потерями противника обстояло, как всегда, несколько сложней:


  Имелось в районе
Лаэ-Саламауа
Американская заявка Японские данные
потоплено повреждено потоплено повреждено
  Тяжёлые крейсеры 2
  Лёгкие крейсеры 1 1 1
  Эсминцы 6 1 2 2
  Канонерские лодки 2
  Минные заградители 1 1
  Тральщики 2 1
  Гидроавиатранспорты 1 1 1
  Транспорты 5 5   3* 1
  Всего 16 10 5 3 6
* Два из них, «Конго-Мару» и «Тэньё-Мару», официально числились вспомогательным крейсером и вспомогательным минным за­гра­ди­те­лем соответственно, но в данном случае они использовались в качестве транспортов.

Гидроавиатранспорт «Киёкава-Мару» пытается уйти от бомб американских TBD-1 «Девастейтор». Залив Хуон, 10 марта 1942 г.

На счастье японцев к 10 марта практически весь личный состав и бóльшая часть предметов снабжения были уже вы­гру­же­ны с транспортов на берег, поэтому потери оказались гораздо ниже (130 человек убитыми и 245 ранеными), чем могли быть, слу­чись американский рейд хотя бы днём ранее. С большой долей вероятности можно предположить, что будь на месте аме­ри­кан­с­ких палубников их японские коллеги в таких же количествах, то вряд ли в заливе Хуон на плаву осталось бы вообще хоть что-ни­бу­дь, но для американской авиации начального периода Тихоокеанской войны и этот результат можно было счи­тать большим ус­пе­хом, особенно на фоне сокрушительных поражений на других фронтах. Напомню, что именно в те дни Им­пе­ра­тор­ский флот завершил разгром военно-морских сил ABDA, а японская армия заняла столицу голландской Ост-Индии Батавию, гла­в­ный порт острова Ява – Сурабая, а также столицу и главный порт Бирмы – Рангун.

Поскольку основная цель данного рейда – срыв японской высадки на северо-восточное побережье Новой Гвинеи – так и не была достигнута, Главнокомандующий Тихоокеанским флотом США адмирал Честер У. Нимиц считал его менее удачным, чем предыдущие удары по Маршалловым островам и островам Гилберта, а также острову Маркус и атоллу Уэйк. Однако его мнение не разделял президент США Франклин Д. Рузвельт, охарактеризовавший этот рейд в письме к премьер-министру Ве­ли­ко­бри­та­нии Уинстону С. Черчиллю как «лучшее, что нам удалось пока сделать». И как показали дальнейшие события, по­ли­тик, как ни странно, просчитал (или угадал) стратегические последствия лучше, чем военный.

Рейд на Лаэ и Саламауа (равно как и отменённый рейд на Рабаул) очень наглядно продемонстрировали японцам уя­з­ви­мость и важность юго-восточного сегмента их «оборонительного периметра», благодаря чему командующему 4-м «южным» фло­том вице-ад­ми­ра­лу Сигэёси Иноуэ удалось убедить Генштаб Императорского флота на втором этапе войны сосредоточить усилия прежде все­го на этом участке, что впоследствии привело к измотавшим Императорские флот и армию боям за Со­ло­мо­но­вы острова, Но­вую Гвинею и острова Бисмарка. Другим важным последствием стал отказ японцев от авантюрных высадок без ави­а­ци­о­н­но­го при­к­ры­тия. Во многом, именно полученный у Новой Гвинеи урок помог вице-адмиралу Иноуэ выбить для прикрытия сле­ду­ю­щих десантных операций – высадок в Порт-Морсби и на о. Тулаги – целых три авианосца. Один из которых, «Сёхо», в ре­зу­ль­та­те был потоплен, а два других, «Сёкаку» и «Дзуйкаку», не смогли принять участие в сражении при Мидуэе, где их при­сут­с­т­вие мо­г­ло бы стать решающим фактором.




Между тем, Америке срочно требовались победы и герои. Поэтому сразу же после поступления сведений о рейде на Лаэ и Са­ла­ма­нуа газеты в странах союзников (включая советские) вышли с заголовками и текстами, не совсем соответствующими дей­с­т­ви­тель­нос­ти, а на пилотов-участников всех шести авианосных рейдов февраля-марта 1942 г. (а вскоре и рейда Дулиттла на Япо­н­с­кие острова) пролился дождь наград. Пилоты 3-й истребительной не стали здесь исключением, из 18-ти лётчиков, учас­т­во­вав­ших в боевых вылетах, награды получили 15:


1/2 THACH, John S. LtCdr. USN   5/0 O'HARE, Edward H. Lt. (jg) USN
0/1 LOVELACE, Donald A. LtCdr. USN 0/1 STANLEY, Onia B., Jr. Lt. (jg) USN
2/2 GAYLER, Noel A. M. Lt. USN 0/1 EDER, Willard E. Ens. USNR
0/1 VORSE, Albert O., Jr. Lt. USN 0/1 HAYNES, Leon W. Ens. USNR
0/1 CLARK, Howard F. Lt. (jg) USN 0/1 LACKEY, John H. Ens. USNR
  DUFILHO, Marion W. Lt. (jg) USN 1/1 PETERSON, Dale W. Ens. USNR
  -1 JOHNSON, Howard L. Lt. (jg) USN 0/2 ROWELL, Richard M. Ens. USNR
1/1 LEMMON, Rolla S. Lt. (jg) USN 1/1 SELLSTROM, Edward R. Ens. USNR
0/1 MORGAN, Robert J. Lt. (jg) USN   -1 WILSON, John W. Ens. USNR
– Медаль Почёта,   – Военно-морской крест,   – Крест за выдающиеся лётные заслуги
сбито лично / сбито в составе группы (согласно тогдашним подсчётам)

Первое, что бросается здесь в глаза – более половины пилотов эскадрильи всё ещё составляли люди, после звания которых ука­за­на аббревиатура «USN». То есть, кадровые офицеры ВМС США. Уже к середине 1942 г. подобное стало невозможным – у подавляющего большинства пилотов к тому времени после звания следовала аббревиатура «USNR», где последняя буква оз­на­ча­ла «резервист». Причины, по которым старший лейтенант Эдвард О'Хара был удостоен высшей награды страны, пояснений, думаю, не требуют (хотя сам О'Хара против этого активно возражал). Иначе обстоит с командиром 3-го дивизиона капитан-лейтенантом Ноэлом Гейлером – если все остальные пилоты получили награды за бой 20-го февраля, то он был единственным, кто получил сразу два Военно-морских креста, вто­рой отдельно за действия во время рейда на Лаэ-Саламануа, причём отнюдь не за сбитый им «Дэйв» (несчастный биплан в на­г­ра­д­ных документах даже не упоминается), а за грамотно организованную шту­р­мо­в­ку кораблей противника.

Не получили на­г­рад ведомый О'Хары старший лейтенант Мэрион Дюфило, у которого в самый неподходящий момент от­ка­за­ли пулемёты, а так­же оба сбитых пилота. Что очень наглядно демонстрирует подход капитана 3-го ранга Тача, пи­сав­ше­го представления на сво­их подчинённых: награды только за результат, даже если тебя сбили или ранили (особенно, если это слу­чи­лось в результате твоей собственной гру­бой оши­б­ки), или ты даже погиб, но не внёс при этом вклада в общее дело – это твои проблемы, ордена за это не положены. Подход спорный, но дающий представление о системе ценностей данного офицера.



Франклин Д. Рузвельт и Эдвард Г. О'Хара с супругой в Белом доме на церемонии вручения ему высшей награды США, Медали Почёта. Одновременно с присвоением награды О'Хара был повышен в звании сразу на два ранга, до капитана 3-го ранга, но на фотографии он пока со знаками различия старшего лейтенанта (Lieutenant, junior grade). Вашингтон, 21 апреля 1942 г.

26 марта 1942 г. АВ «Лексингтон» вернулся в Пёрл-Харбор и встал в док для срочного переоборудования, с корабля пла­ни­ро­ва­лось демонтировать все четыре двухорудийные башни 203-мм орудий главного калибра, усилив взамен его ПВО среднего и ближнего радиуса действия. К тому времени «родная» 2-я истребительная эскадрилья «Лексингтона» закончила пе­ре­по­д­го­тов­ку и должна была вернуться на своё законное место, а 3-я истребительная капитана 3-го ранга Тача опять оказалась «без­ло­ша­д­ной», и в отношении наиболее подготовленного и результативного на тот момент истребительного подразделения ВМС США на­ча­л­ся про­цесс, который в случае техники обычно называют «каннибализацией».

2-я истребительная за время нахождения в Пёрл-Харборе уже была частично раздёргана, кроме того её было решено уве­ли­чить до 21 машины (с одним резервным пилотом), поэтому 12 апреля 1942 г. ей были переданы 12 пилотов и 56 человек те­х­ни­че­с­кого состава, а также все оставшиеся «Уайлдкэты» 3-й истребительной, и через три дня АВ «Лексингтон» ушёл в поход, из которого он уже не вернётся. Заместитель Тача, капитан 3-го ранга Дональд Лавлейс ушёл на повышение – его назначили ко­ма­н­ди­ром формирующейся 10-й разведывательной эскадрильи. Какое-то время обязанности заместителя исполнял Эдвард О'Ха­ра, но вскоре он отбыл в Вашингтон получать свою Медаль Почёта, а затем участвовать в агитационных мероприятиях по стра­не. Ещё трёх пилотов забрали в качестве инструкторов, а взамен эскадрилья получила новенькие «Грумманы» следующей мо­де­ли F4F-4. В результате сложилась странная ситуация: в подразделении имелся 21 истребитель и 1 (один) пилот, он же ко­ма­н­дир эскадрильи капитан 3-го ранга Джон Тач. Обещанное пополнение из 14 свежих выпускников лётной школы, из которых пре­д­с­то­яло воссоздать эскадрилью практически с белого листа, всё не прибывало, поэтому Тачу не оставалось ничего, кроме как лично облетать все полученные машины.




Отдельной проблемой были сами новые самолёты. Как хорошо знал на личном опыте капитан 3-го ранга Джон Тач, важ­ней­шие лётно-технические характеристики (скороподъёмность, приёмистость, минимальный радиус виража, а также боевая да­ль­н­ость) «Уайлдкэтов» один раз уже серьёзно просели после увеличения веса машины из-за добавления бронеспинки и пе­ре­д­них бронещитков, а также протектированных баков. Он также успел познакомиться с прототипом XF4F-4, от­ли­ча­в­шим­ся от привычной «тройки» пока только наличием складывающихся по хитрой «Груммановской» схеме плоскостей, причём на про­то­ти­пе узлы складывания были снабжены гидравлическим приводом. Убедившись в том, насколько ухудши­ли ЛТХ ма­ши­ны дополнительные 136 кг веса (в результате чего взлётная масса машины увеличилась до 3515 кг), командир 3-й ис­т­ре­би­тель­ной стал одним из тех, кто настойчиво рекомендовал убрать для сокращения веса механизацию складывания плоскостей и на­с­та­и­вал на предельной взлётной массе истребителя не более 3400 кг при двигателе имеющейся мощности.

Их усилия не пропали даром, и на серийных F4F-4 плоскости складывались уже вручную, однако взамен родная про­мы­ш­лен­ность подкинула американским пилотам-истребителям другую... назовём это проблемой, чтобы не употреблять слова «по­д­ля­н­ка». С самого начала производства «Уайлдкэты» по­с­та­в­ля­лись Великобритании, где получили название «Мартлет Mk I». Строго говоря, на вооружение Королевских ВВС они поступили да­же раньше, чем в ВМС или морскую пехоту США. По­с­ко­ль­ку в начале войны британцы применяли эти истребители прежде все­го для задач ПВО (с береговых аэродромов или эс­к­о­р­т­ных авианосцев), то в процессе постройки второй партии из 100 самолётов они захотели привести их в соответствие со своей ко­н­це­п­ци­ей машин этого класса: «как можно больше стволов» (можно вспомнить во­о­ру­же­ние «Харрикейнов» и «Спитфайров»).



Шесть экспортных «Мартлет Mk II» с опознавательными знаками Королевских ВВС выстроены таким образом, чтобы наглядно продемонстрировать заказчику насколько эффективно складывающиеся плоскости позволяют экономить место на палубе.

Компания «Грумман» пошла навстречу их пожеланиям, и следующая экспортная модель «Мартлет Mk II» кроме скла­ды­ва­ю­щих­ся крыльев получила ещё и увеличенное с 4 до 6 пулемётов калибра 12,7-мм вооружение. А затем, да­бы не делать два раз­ных типа плоскостей (одни союзникам, другие «для себя»), данная экспортная модель была фак­ти­чес­ки навязана Уп­ра­в­ле­нию аэро­на­в­ти­ки Ми­ни­с­те­р­ства ВМС США как F4F-4. Главным аргументом стало то, что британцы, ведущие войну аж с 1939 г., всяко лучше разбираются в том, ка­ким дол­жен быть морской истребитель. Мнением американских пилотов, ожидавших, что они получат обещанный «F4F-3, но со складывающимися крыльями» никто поинтересоваться не удосужился, по­э­то­му не­у­ди­ви­тель­но, что те отреагировали на подобное «сокращение издержек производства» (за их счёт) резко отрицательно.

Само по себе увеличение веса секундного залпа – вещь хорошая, хотя тот же Джон Тач не уставал повторять, что «если пи­лот не в состоянии попасть из четырёх стволов, то ему хоть восемь поставь...» Однако в случае F4F-4 увеличение количества стволов из-за весовых и компоновочных проблем привело к заметному уменьшению общего боекомплекта (с 1800 до 1440 па­т­ро­нов), в результате боекомплект на ствол уменьшился с 450 патронов (34 сек. огня) до 240 патронов (18 сек.). И если в случае истребителя ПВО, работающего недалеко от своего аэродрома или эскортного авианосца, как использовали их британцы, это не являлось проблемой – он в любой момент мог сесть и перезарядиться – то для палубных истребителей, прикрывавших уда­р­ные самолёты в сотне миль от своей полётной палубы, это означало серьёзное падение боевых возможностей.



Размещение пулемётов и патронных контейнеров в правой плоскости «Грумман» F4F-3 (слева) и F4F-4 (справа). В случае F4F-4 люки патронных контейнеров перенесены на нижнюю поверхность крыла, а сверху оставлены лишь лючки для доступа к лентам.

Не менее серьёзной проблемой стало увеличение взлётной массы до 3617 кг, то есть уже на 217 кг больше «приемлемого ма­к­си­му­ма», определённого пилотами. В результате если максимальная скорость по сравнению с F4F-3 просела не­зна­чи­те­ль­но, то практическая скороподъёмность на высотах до 5000 м упала с 746 м/мин до 457 м/мин, а на бóльших высотах падение было ещё более радикальным. Опробовавшие первыми новую машину пилоты 6-й истребительной эскадрильи АВ «Эн­те­р­прайз» не скупились на эпитеты, сравнивая её манёвренность и динамические характеристики с устаревшим TBD-1 «Де­ва­с­те­й­тор» с по­д­ве­шен­ной торпедой. Но это было ещё не всё. Максимальная дальность уменьшилась с 817 миль [1513 км] до 721 ми­ли [1336 км], а ещё хуже обстояло с практическим боевым радиусом. С полным боекомплектом и полными баками (545 лит­ров) он упал до всего 105 миль [194,5 км] – из расчёта 20 мин. прогрева двигателя, взлёта на полной тяге, набора высоты 5000 м и полёта в оба ко­н­ца на 60% мощности, плюс 20 мин. боя на полной мощности. Словом, единственным достоинством новой мо­де­ли «Уай­л­д­кэ­та» стала возможность в полтора раза – с 18 до 27 машин – увеличить истребительные эскадрильи аме­ри­ка­н­ских авианосцев.


Использованная литература:
1. Bureau of Aeronautics, “Airplane Performance Data. Model: F4F-3”, August 14, 1942.
2. Bureau of Aeronautics, “Airplane Performance Data. Models: F4F-4, FM-1”, July 1, 1943.
3. Office of Naval Intelligence, “Early Raids in the Pacific Ocean. February 1 to March 10, 1942”, 1943.
4. U.S. Naval Institute, “The Reminiscences of Admiral John S. Thach, U.S. Navy (Retired)”, 1977.
5. John B. Lundstrom, “The First Team: Pacific Naval Air Combat from Pearl Harbor to Midway”, 1984.
6. Steve Ewing, “Thach Weave: The Life of Jimmie Thach”, 2004.
Tags: «Плетёнка Тача»
Subscribe

Posts from This Journal “«Плетёнка Тача»” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 52 comments